Сунув ноги в тапочки и накинув халат, направился в прихожую. Глянув в «глазок», удивленно хмыкнул. На площадке стоял Вахид Джабраилов со своим неразлучным другом Шамилем Батаевым.

Всего в группе было трое чеченцев. Но Иса Батаев, родной брат Шамиля, жил отдельно, на другом конце столицы. Подвижный, больше напоминающий темпераментом подростка, старший лейтенант состоял в гражданском браке с какой-то медсестрой.

Антон впустил гостей.

– Чего не отдыхаете? – спросил он осипшим голосом, едва поздоровавшись. – Проходите.

Внешний вид угрюмого Вахида насторожил Филиппова. Он был выше Шамиля и шире в плечах. Окинув Антона изучающим взглядом из-под густых, сросшихся на переносице бровей, Джабраилов потер массивный, отливающий синевой подбородок.

– Да мы, командир, на минуту.

С этими словами он вынул из папки, которую ему услужливо протянул Шамиль, стандартный листок бумаги.

Антон едва сдержал улыбку. Судя по всему, визит вызван какой-то проблемой у Джина, так окрестили в группе чеченца, а документы, словно ординарец, носил Шамиль, за которым закрепилась кличка Шаман. Строгие законы гор – это почти как воинский устав. Здесь свои старшие, особую роль играет возраст, соответственно распределены и обязанности.

Антон пробежал листок взглядом. Почерком пьяного первоклассника был написан рапорт на отпуск.

Он поднял взгляд на Вахида:

– Ты месяц назад был дома.

Тогда группа работала на Кавказе и на время командировки разместилась прямо в комендатуре родного села чеченцев.

– Командир, – Вахид покачал головой, – я хочу в законный отпуск, положенный мне, как любому гражданину.

– Ничего не имею против, – поспешил его успокоить Антон. – Только у тебя здесь что написано? – он развернул лист текстом к майору и ткнул в его нижнюю часть пальцем: – Отпуск буду проводить по адресу… Ну, читай!

– Разве я не могу съездить на родину? – лицо чеченца вытянулось от удивления.